Продолжение / БИТВА ЗА ФЕДЕРАЛЬНЫЙ РЕЗЕРВ / 12

Таким образом, Федеральная резервная система была создана и
находится под контролем: клана Ротшильдов (и его европейских
компаньонов), семьи Морганов2, клана Рокфеллеров, «Варбург
компани» («Warburg Company»), Лазарда Фререса (L. Freres), «Кун,
Леб энд Компани», братьев Лехмэн (Lehman)3 и «Голдмэн Сакс»
(«Goldman Sachs»). В служебном отчете Конгресса от 1976 года в
качестве вывода говорится: «По-видимому, члены правления
«Федеральной резервной системы» представляют собой небольшую
элитную группу, имеющую подавляющее влияние на экономическую
жизнь нашего народа» [59, с. 88]. Можно констатировать, что
данные финансовые группы, крепко спаянные общим бизнесом и
кровнородственными связями, фактически и являются реальными
правителями Соединенных Штатов, оказывая определяющее влияние на
финансово-экономические процессы и государственный аппарат этой
страны. Взаимодействуя же с другими ведущими финансовыми
группами мира и используя американский доллар уже как
международную валюту, они на данный момент формируют глобальные
тенденции в мировой экономике и политике. Растущее политическое
влияние тех, кому принадлежит ФРС, объясняется тем, что, как
точно заметил Э. Саттон: «Федеральная резервная система — это мо
нополия, а для сохранения статуса монополии она должна обладать
политической властью» [59, с. 88].
Это прекрасно понимал Теодор Рузвельт, который перед своей
qlepr|~ в 1910 году (как писала 27 марта 1922 года газета «New
York Times») попытался предупредить американски и народ о той
опасности, которую несут транснациональные финансовые кланы. Он
сказал следующее: «Международные банкиры и лица, лоббирующие
интересы Рокфеллеров и треста «Standard Oil», контролируют
большинство газет для того, чтобы призвать к повиновению или
заставить покинуть госслужбу тех людей, которые отказываются
слушаться могущественную коррумпированную клику, являющуюся
нашим невидимым правительством».
О том же заявил на страницах «New York Times» (26 марта
1922 г.) мэр Нью-Йорка Джон Хайлэн: «Предупреждение Теодора
Рузвельта сейчас кажется крайне своевременным, поскольку
действительным бичом нашего республиканского строя является
невидимое правительство, которое, как гигантский осьминог,
простирает свои скользкие щупальца на города, государство и всю
страну... Оно захватывает своими мощными присосками наши
исполнительные и законодательные органы, школы, суды, газеты и
любой государственный орган, созданный для защиты общественного
блага...Дабы избежать беспочвенных обобщений, достаточно
сказать, что во главе этого спрута находятся мощные банковские
дома, обычно упоминаемые как международные банкиры... Эти
международные банкиры и лица, преследующие интересы Рокфеллеров
и «Standard Oil», контролируют большую часть газет и журналов в
нашей стране».
Наблюдая это, американский судья Брандейс заметил: «Раз
витие в наших условиях финансовой олигархии, с которой мы
знакомы по истории политического деспотизма, — это узурпация,
протекающая путем постепенного захвата, нежели насильственных
действий; атакже путем продуманной и зачастую полностью скрытой
концентрации» [59, с. 88].
Однако все предупреждения оказались тщетными, международные
банковские группы смогли постепенно выстроить по собственным
схемам социально-политическую и финансово-экономическую системы
западных стран (а затем тех государств, которые оказались в их
сфере влияния), что позволило им узурпировать политическую
власть в мировом масштабе. Карл Маркс уже в 1843 году вынужден
был констатировать: «В то время как, по идее, политическая
власть возвышается над денежной властью, наделе она стала ее
рабыней» [61, с. 409—410].